Тринадцать полнолуний, стр. 189

Фигура Ангела растворилась в сумраке, окутавшим комнату. Генри очутился в полной темноте. Из неё выплывали лица родных и близких, которые уже умерли. Они молча встречали его в тёмном тоннеле, освещённом далёким светом, к которому стремилось его астральное тело. Все страхи, боль, непонимание остались там, позади. ТЕПЕРЬ ОН ИСПЫТЫВАЛ ПОКОЙ.

Глава 29

Очнись, мой милый друг,
Довольно предаваться неге сна,
Ты уже не заложник в сетях времени,
У вечности ты уже не в долгу.

Чей-то голос, гулким эхом раздававшийся в ушах, медленно возвращал Гарнидупса в реальность. Глаза совсем не хотелось открывать, но пробивающийся сквозь веки назойливо яркий свет не оставлял выхода. «Что это? Где я? Неужели, на том свете? Каков он тот свет? Что в нём? Что ждёт меня?» мгновенно пронеслись мысли в мозгу.

— Голубчик, ну что же вы трусите. Смелее, ведь вас ждут. Гарнидупс открыл глаза и сразу зажмурился от слепящего солнечного, да-да, именно солнечного света. Пространство вокруг него постепенно заполнялось звуками, запахами и полным ощущением реального мира. Преодолевая волнение от предстоящего знакомства с чем— то неизвестным, он вздохнул полной грудью и наконец решился. Гарнидупс стоял возле каменной плиты, лежащей прямо на земле. Рядом, держа его под руку и участливо заглядывая в глаза, стоял, пританцовывая, тот же мужчина, которого он увидел возле развалин старинного дома.

— Ну же, друг мой, вы выглядете обескураженным, — засмеялся мужчина, — кого вы представляли встретить? Самого создателя?

Гарнидупс смутился под смешливым взглядом собеседника.

— Зачем вы смеётесь надо мной? Если бы вы могли представить, что сейчас твориться со мной. Я ничего не понимаю. Где я? Кто я? Какая это паралелль? Какой мир передо мной?

— Но меня-то хоть узнаёте? — мужчина капризно надул губы.

— Узнаю, вы — Юлиан Баровский, мой наставник, доктор и учёный. Следовательно, я — Генри, и мы ещё в мире, где у меня есть любовь, семья и злой гений Людвиг. Но я умер или всё-таки нет? Что-то спасло меня в последний момент? Что или кто?

— Вынужден вас огорчить, смерть таки забрала вас с собой. Куда она вас увела, можете помнить только вы, — развёл руками Юлиан.

За спиной Гарнидупса кто-то кашлянул. Оглянувшись, он увидел ещё одного мужчину, имя которого он тут же произнёс:

— Вы — Шалтир, Первый Радужный Адепт. Мы познакомились в Индии в самый ответственный момент моей жизни.

Гарнидупс говорил медленно, будто читал написанное. В его голосе слышались нотки сомнения и уверенности одновременно. Юлиан и Шалтир подтверждающее качали головами, но не подсказывали ни слова, давая Гарнидупсу самому делать открытия.

— Друг мой, до этого момента всё правильно, а что вы можете сказать об этом.

Юлиан махнул рукой в сторону большого дома, к которому вела еле приметная дорожка от плиты. Гарнидупс нахмурил брови, потёр рукой лоб и, догодавшись о чём-то, улыбнулся:

— Ах вот оно что! Я не в том мире, который вы мне показывали. Я ушёл из той жизни, сейчас я в той паралелли, где имя мне — Гарнидупс. Вы — Юлиан, встретили меня на старинных развалинах, а вы — Шардон. Вы оба помогли мне вспомнить прошлую жизнь, в которой присутствовали рядом со мной. Но мы находимся где-то между двумя паралеллями, потому что за моей спиной, вернее за этой плитой существует тот мир, в котором живу я — Гарнидупс. Но боже мой, как реально всё происходило, не сон, не явь, даже не могу дать определение этому впечатлению.

— Да-с, голубчик, вот такие мы умельцы, — Юлиан кивнул головой, — но продолжайте, продолжайте.

Гарнидупс потёр пальцами виски, закрыл глаза и, помолчав немного, заговорил:

— Я, право, почти забыл эту мою жизнь, всецело отдался чувствам и ощущениям той реальности. Господи, сколь удивительное путешествие! Смерть, представляете, так отчётливо пережить момент смерти, боятся её, испытывать холод и вдруг… Снова жить, дышать, видеть земной мир! Душа трепещет от счастья и волнения! Значит, всё то, что случалось со мной во всех моих жизнях, было достойно внимания и прощения со стороны Высших сил?

— Дорогой мой Генри— Гарнидупс, иногда, чтобы убедиться в верности избранного пути, надо вернуться назад. Самый высокий показатель земной жизни для посвящённого мага является его безграничная любовь и понимание к обыкновенному человеческому несовершенству и неопытности. Ведь это первый опыт в голубом мире духовного существования. Забегая вперёд обрадую вас, действительно, каждый раз вы становились всё лучше и лучше, ваше обучение приносило неплохие результаты. Вы уверенно двигались вперёд и завоевали славу отличного ученика. Более того, ваши способности увеличивались каждый раз в математической прогрессии. Не возгордитесь раньше времени, помните, когда вы своё печальное прошлое сможете превратить в чьё-то счастливое будущее, значит, вы состоялись как белый маг и готовы перейти на другой уровень духовного обучения. Тогда перед вами откроются безграничные возможности, но и работы прибавиться. Вам повезло, вы заняли сразу то место, которое было уготовано вам изначально и сразу смогли оценить этот дар.

— Спасибо за добрые слова и приятную душе похвалу, хотя всё слишком расплывчато, радует, что вы сами говорите мне это, а не верить вам у меня нет причин. Но скажите, что случилось в той жизни с моей Виолой? Каким стал Юнатир? А вы, Юлиан? Скажите, что стало с вами? Боже мой, подождите?! Шалтир в Индии, Шардон, Демьян здесь — один и тот же человек?!

— Более того, мой мальчик, в этой вашей жизни вы встретите ещё многих знакомых. Не могу обещать вам, что это будут только приятные встречи, да и место, которое эти люди будут занимать в вашей жизни может быть не таким, к которому вы уже привыкли за пару часов вашего блуждания по лабиринту памяти.

— Но всё-таки, они будут здесь?! — Гарнидупс прищёлкнул пальцами и, вопросительно посмотрел в глаза обоим учителям, — но как я их узнаю? Вряд ли их лица сохранили знакомые черты! А вы? Вас я смогу найти?

— А мы никуда не уходим, — Юлиан похлопал юношу по плечу, — а вот что касается узнаваний, зависит от вашего старания.

— Гарнидупс, вы получили право просмотреть свою первую жизнь в голубом мире не для того, чтобы заявлять свои права на кого бы то нибыло. Просто запомните, всё это было в другой жизни. Люди, жившие с вами рядом, умерли и родились вновь, но без памяти о той жизни. Но от прошлого отказаться невозможно, всегда нужно платить по счетам, пока не кончится счёт. Они лишь изредка, при опредлённых ситуациях, могут вспомить ничтожно мало и только для того, чтобы не совершить глупой ошибки, за которую уже расплатились когда-то. У каждого есть право на приобретение своего и только своего жизненного опыта для продвижения вверх по эволюционной лестнице. Нужно испытывать к людям те чувства, которые они заслуживают в данный период времени, а не потому, что когда-то он был вашим отцом, сыном, другом или врагом. Мы уже говорили о том, что новое рождение может быть отличным от тех, прошлых образов жизни. У вас есть возможность просмотреть множество ваших воплощений и каждый раз люди и события могут меняться по только богу известному сценарию и испытывать прошлые привязанности — нелепо.

— Да-да, я понял, первая лавина энергетического потока прошла и я уже твёрдо осознаю себя здесь и сейчас.

— Вот и славненько, мой друг, — хлопнул в ладоши Юлиан, — вам ещё множество раз придётся проживать жизни так, как удалось в этот раз. Всё для того, чтобы проанализировать первые промахи и победы, зашифрованные в вашей энергетической карте. Такая привилегия даётся далеко не каждому, практически единицам. Похорошему гордитесь тем, что на вас распространяется милость мироздания. Вам открыта широкая дорога, смело идите и помогайте достойным людям найти этот путь. В ваших силах удерживать равновесие хрупкого баланса человеческих судеб. Но мы зашли далеко вперёд, терпение — вот добродетель.

×